Может, ему позвонить?
16.30
Я была почти рада увидеть Джеймса с дедушкой, прибывших с дядей Эдди. Почти целую секунду. Дядя Эдди специально арендовал фургончик. Ему, наверное, пришлось выбирать специальный, в котором перевозят самых лысых.
У Джима голос стал совершенно жуткий: из тех, что то и дело меняется от очень низкого до мерзко-скрипучего. Насколько это нормально? И он не обитает в зоне, свободной от угрей. Tout au contraire [10].
Переходя на «шотландский выговор», папа сказал:
- Захдите!
Дедушка засеменил вокруг, силясь изобразить «джигу». В конце концов, его под белы руки завели в коттедж.
Дядя Эдди сказал:
- Без паники, без паники! Я купил запас больших кальсон в цветовой гамме британского флага.
Во имя Людовика Четырнадцатого, что он затевает?
19.00
Меня заставили пойти в паб и сидеть в компании крезанутых взрослых (и Джеймса), чтоб «отметить». Хо-хо! Вот это жизнь! Я попросила у папы 71а Maria со льдом с каплей Сгегпе de Menthe [11], но он притворился, что не слышит. Что еще я могла ждать? По дороге домой мазер-фазер, дядя Эдди и дед, взявшись под руки и образовав цепочку, распевали «Дональд, где твои штаны?», в то время как мы с Джеймсом топали сзади. Было невероятно темно, никаких фонарей или других источников света. Пока мы маршировали домой, взрослые громко хохотали и спотыкались о препятствия, а дедушка вдобавок портил воздух. И тогда произошло нечто ужасное.
Я почувствовала прикосновение к своим ананасам. Подумав, что это чудовище из Лох-Несс, я отпрыгнула в сторону. Из темноты послышался голос Джеймса: «Ой, извини, это ты, Джи? Я просто искал дорогу на ощупь…»
Размечтался, кретинский лузер! Куда это он нащупывал дорогу? К моей второй ананасине?
Это было омерзительно. Он был мой дерьмовый кузен… Протянувший грабку к моим нунга-нунгам. Нунга-нунга-вредитель.